• Журнал «Юридический справочник руководителя» октябрь 2006
  • Рубрика Договорные отношения

Недружественные поглощения и экономическая безопасность предприятия

  • Рейтинг 5
  • 0 комментариев
  • 1405 просмотров
По всей России рейдерским атакам подверглись уже сотни и сотни предприятий. Порой схемы захвата удивляют: настолько они просты, даже примитивны! Довольно часто причиной недружественного поглощения становятся ошибки самих руководителей. Автор рассматривает наиболее типичные из них. Кроме того, анализируются реальные схемы захвата власти, которые используют рейдеры в России.


Бизнес существует по жестоким законам животного мира. В нем есть «волки» и «овцы», сильные «поедают» слабых. Разница лишь в том, что на лесной тропе хищник и жертва остаются один на один — и это основной принцип естественного отбора. В мире бизнеса даже самую сильную компанию легко превратят в «овцу» специалисты по корпоративным захватам, или рейдеры.

Во времена борьбы Британии за мировое господство рейдерами (от англ. «raider») называли военные корабли в одиночку уничтожавшие торговые корабли противника. По хитрости и вероломству им не было равных. По сути — это были «пираты в законе», «флибустьеры на службе Ее Величества».

В современном бизнесе рейдеры — это специалисты по перехвату оперативного управления или собственности фирмы с помощью специально инициированного бизнес-конфликта. И если в развитых экономиках это означает скупку акций у мелких акционеров по цене выше той, которую может предложить руководство компании, то в России в самом разгаре «дикое» рейдерство. Здесь предприятия не покупают, а захватывают под любым предлогом и любыми средствами на несколько часов, чтобы тут же продать его основные активы заказчику налета.

Справка


По данным главы МЭРТа, в 2005 году в России было более ста корпоративных конфликтов, которые широко освещались в прессе. Согласно статистике управления экономической безопасности правительства Москвы, в 2005 году в столице было зафиксировано 117 силовых захватов бизнеса, в 2004 году — 177, в 2003 году — 151. Это официальная статистика.

По оценке же экспертов, ежегодно только в Москве рейдерской атаке подвергаются более 300 предприятий, суммарные активы которых превышают 4 млрд. долларов. Официальная статистика не фиксирует большую часть недружественных поглощений. Директора предприятий, подвергшихся агрессии, зачастую нарушают закон и всеми силами стараются скрыть информацию о корпоративном конфликте от правоохранительных органов.

Методы рейдеров порой очень далеки от норм деловой этики, но чаще всего вполне законны. В ход идут манипуляции общественным мнением, лоббизм, биржевые махинации. Не брезгуют рейдеры и силовыми захватами, а порой и подкупом. Главный расход в бюджете любого рейдерского захвата — это либо гонорары юристам, оспаривающим собственность, либо банальные взятки чиновникам, судьям, милиции.

Рейдеров принято делить на наемников, работающих под крышей крупной бизнес-структуры, и «свободных художников» (независимые команды). Наемником быть проще и безопаснее: работодатель предоставляет финансовые ресурсы и при необходимости защитит от ответных действий противника. Наемные рейдеры проводят рекогносцировку, разрабатывают стратегию захвата и после утверждения плана руководством обеспечивают его реализацию. За это они получают 20–25 процентов «добычи».

«Вольные стрелки» получают все, но при этом им приходится самостоятельно изыскивать необходимые для проведения операции средства (порой немаленькие) и защищаться в острых ситуациях. В дальнейшем поглощенные компании и / или их активы продаются по максимально высоким ценам заинтересованным лицам. Подобные рейдеры стараются действовать менее жестко. Ведь «проблемный» актив невозможно продать по максимальной цене, что идет вразрез с основным принципом работы — получением быстрой астрономической прибыли. К явной агрессии прибегают тогда, когда приобретают активы для себя, или тогда, когда начавшийся корпоративный кон­фликт уже не может быть урегулирован более или менее мирными способами.

За пять лет (с 2000 по 2004 годы) Торгово-промышленная палата России насчитала примерно 5 000 захватов. И только за один прошлый год — уже 1 900!

Мнение

Виктор Плескачевский, председатель комитета Госдумы по собственности

Нигде в мире нет такого рейдерства, как в России. В мировой практике рынок по­глощений — один из самых тонких и цивилизованных. Сегодня ни одно АО не защищено от возможности захвата. Только «крупняк», у которого есть юридические службы, более-менее защищен. А «мелочь», имеющая недвижимость в Москве, — это самый вкусный кусок для захватчика. Проблема превращается в макроэкономическую — ­снижается инвестиционная привлекательность России».

Бизнес, связанный с недружественными поглощениями, в настоящее время весьма популярен. За один захват средняя рейдерская фирмочка, в которой трудится полтора десятка человек, запрашивает от 500 000 до нескольких десятков миллионов долларов. Срок исполнения «заказа» — от трех месяцев до нескольких лет.

А ведь еще насколько лет назад термин «слияние и поглощение» ничего не говорил даже опытным российским юристам. Хотя механизмы, называемые ныне так красиво, активно использовались еще зарождающейся рыночной экономикой перестроечной России. Ныне на смену «пацанам в спортивных костюмах» пришли «белые воротнички» из отделов инвестирования. Вместо столь популярных в начале 90-х методов физического воздействия современные рейдеры активно используют административный и судебный ресурсы. Хотя и методы физического воздействия на топ-менеджмент компании-цели все еще остаются востребованными. Крупные корпорации, за копейки приобретая дорогие активы, расши­ряют границы своих империй и создают новые холдинги. Некоторые крупные торгово-промышленные и финансовые группы были созданы именно путем недружественных поглощений. Иногда рейдерская фирма является дочерней или аффилированной по отношению к таким структурам.

Последние десять лет в публикациях деловых СМИ на тему бизнес-конфликтов в качестве их участников регулярно упоминаются «Альфа-Эко», «Атон», «Вашъ финансовый попечитель», «Ведомство», «Интеко», МДМ, «Мечел», «Росбилдинг», «Разгуляй», Русский банк развития, «Русский проект», «Сигма». Некоторые из них — самостоятельные игроки, некоторые работают на кого-то. Отдельного упоминания в свете истории с ЮКОСом достойны «Роснефть» и «Газпром». Здесь было все: и заинтересованные государственные органы, и «нужные» решения суда, и неоднократные по­пытки силового перехвата управления, и мощная PR-кaм­пания. Фактически в случае с ЮКОСом мы имеем дело с агрессией против агрессора.

Как происходит захват власти

На рынке существует ряд игроков, использующих тактику слияний для расширения своего бизнеса. Их можно условно классифицировать следующим образом:

  1. Финансово-промышленные группы, которые строят вертикально интегрированные холдинги «от сырья до покупателя».
  2. Прямые конкуренты, стремящиеся к контролю над большей частью локального рынка конкретной продукции или услуги.
  3. Инвестиционные компании, для которых недружественные поглощения являются способом заработка.
  4. Специализированные компании, действующие в интересах сущест­ву­ющих либо потенциальных заказчиков.
  5. Корпоративные шантажисты («greenmailers»).

Исходя из определения потенциально опасного для бизнеса субъекта, можно выделить следующие мотивации «захватчика»:

  • увеличение доли на рынке;
  • устранение конкурентов;
  • установление контроля за продавцами или поставщиками;
  • «приобретение доходов» атакуемой компании;
  • перепродажа активов или компании в целом по более высокой цене;
  • корпоративный шантаж.

Определившись с мотивами, «поглощающая компания» выбирает цель, после чего начинается самый важный подготовительный этап планирования захвата, практически не заметный для компании-цели, при этом в нем задействованы весьма серьезные силы и ресурсы. У организаций, специализирующихся на недружественных поглощениях, существует понятие «рейдпригодный объект». В первую очередь к ним относятся компании, стоимость бизнеса которых значительно дешевле, чем принадлежащие им активы. Зачастую это как раз неэффективные предприятия, которые не платят дивиденды, ущемляют права миноритарных акционеров. Подготовительный этап начинается со сбора и анализа информации — прежде всего открытой, находящейся в свободном доступе. Здесь, в частности, помогает мониторинг прессы, где упоминается интересующая рейдера организация. Сравнительно нетрудно получить в России и закрытую информацию. Например, данные, предоставляемые для налоговых органов юридическим лицом, сведения об экспортных и импортных операциях (таможня), о зарегистрированных на компанию недвижимости и транспортных средствах.

Стратегически важны данные о распределении акций между владельцами той или иной фирмы, не менее ценна инсайдерская информация. Наибольший интерес для «захватчика» представляют:

  • корпоративная информация: учредительные документы, положения, регламентирующие деятельность органов управления, протоколы собраний, протоколы заседаний советов директоров, сведения о дочерних и зависимых обществах, о величине и структуре уставного капитала, оперативная информация об изменениях в реестре акционеров компании;
  • финансово-экономическая информация: бухгалтерские балансы, сведения о наличии и структуре дебиторской и кредиторской задолженности, о наличии ликвидного имущества и его правовом статусе, информация об имеющихся обременениях имущества, информация о контрагентах компании-цели, информация о налоговой и банковской истории предприятия;
  • сведения о менеджменте и собственниках компании-цели: данные о занимаемых должностных позициях, количестве принадлежащих им акций или долей в уставном капитале, способе приобретения и оплаты акций долей в уставном капитале, личная информация.

Как правило, ни одна успешная сделка по агрессивному захвату не обходится без участия федеральных или местных властей, органов судебной власти, правоохранительных и контролирующих ведомств. На представителей компании-цели демонстрация захватчиком плотного альянса с властями всегда производит сильнейшее впечатление. Административный ресурс никогда не афишируется, но при этом его незримое присутствие ощущается. Захватчик оценивает возможности привлечения СМИ, производит оценку правовых, экономических, административных рисков и затрат. Собрав или купив информацию о жертве, профессиональный рейдер разрабатывает план захвата с подробным бюджетом, как правило, 10–25 процентов от рыночной стоимости объекта.

В любом случае, если рейдеру удалось получить контроль над активами жертвы хотя бы на несколько часов — дело сделано. Формально фирма-покупатель захваченных активов — «добросовестный приобретатель», и на то, чтобы отсудить у нее (или у следующего покупателя) эти активы, если это вообще удается, уходят долгие месяцы и годы.

Стратегия захвата

В процессе реализации всякая стратегия недружествен­ного поглощения может многократно корректироваться в соответствии с конкретными обстоятельствами; кроме то­го, любая серьезная стратегия должна предусматривать не­сколько возможных вариантов развития событий, в зави­симости от которых компания-агрессор будет предприни­мать те или иные шаги. Но, как показывает практика, любой план эксплуатирует одну технологию, успешная реализация которой и является основой для ­по­глощения компании-цели. Эта технология включает в себя:

1. Создание для компании-цели таких условий, при которых будет невозможно осуществить быстрый вывод активов или же обременить ее существенными обязательствами, что сощутимо снизит стоимость предприятия.

Это достигается путем наложения ареста на основании судебных определений об обеспече­нии иска на все значимые активы организации, а также за­прета менеджменту предприятия заключать сделки, эми­тировать векселя и т.п. Определение обычно выносит суд общей юрисдикции или арбитражный по абсурдному иску миноритарного акционера, нового генерального директора обще­ства и т.п. в порядке применения обеспечительных мер.

В некоторых случаях, когда ресурсы компании-агрес­сора не позволяют ей получить нужное определение, арест активов компании-цели может быть осуществлен в рамках уголовного процесса на основании шагов, предпринимае­мых дознавателем, следователем или прокурором в ходе расследования уголовных дел.

Пример 1


Рейдеры купили 34 процента обыкновенных именных акций «Завода по производству аскорбинок» у двух акционеров. Затем за счет скупки акций у миноритариев довели пакет до 46 процентов. Определением суда арестовали акции оппозиции (по 17% у трех акционеров), а чтобы их директор не вывел активы, наложили арест на недвижимость. После этого они провели внеочередное общее собрание акционеров, переизбрали совет директоров, который тут же назначил своего гендиректора. Арест с недвижимости сняли, новый руководитель продал ее «прокладке» (фирме-«однодневке») по заниженной цене, иначе пришлось бы проводить через собрание акционеров одобрение крупной сделки. А «прокладка» перепродает недвижимость добросовестному приобретателю.

2. Приобретение акций / долей, за­долженности компании-цели для того, чтобы установить юри­дический контроль над предприятием или хотя бы созда­ть условия, которые обеспечивали бы агрессору серьезное влияние на компанию-цель.

Этот способ применяют, например, когда большинство акций объекта «распылено» по мелким держателям, — акции скупают с целью собрать контрольный пакет. Поскольку легких рейдерских объектов остается все меньше и меньше, рейдерам приходится придумывать новые методы работы уже с консолидированными пакетами. Например, рейдеры не скупают акции, а фактически воруют активы, которые им интересны. В столице это, конечно же, недвижимость.

Пример 2

В налоговую инспекцию был отправлен фальшивый протокол внеочередного собрания акционеров одного из крупнейших заводов с решением об избрании нового генерального директора. Новый руководитель подписал договор купли-продажи комплекса зданий общей площадью 2 768 кв.м. Покупателем является, конечно, фирма-«однодневка», которая тут же перепродает «лакомую» недвижимость.

На оформление обеих сделок ушло меньше месяца. Новый собственник защищен от претензий прежнего, истинного, хозяина статусом «добросовест­ного приобретателя». «Однодневка» благополучно ликвидируется, закрывается и «нищая» жертва. Все, дело сделано. Бывший директор узнал о том, что он уже не собственник здания, только когда ЧОП «выносило» его из кабинета. Конечно, было возбуждено уголовное дело по статье 159 Уголовного кодекса, но виновные давно уже в «теплых странах», так что дойти до суда этому уголовному делу явно не суждено.

3. Создание условий, которые препятствуют проведению сроч­ных дополнительных эмиссий акций в целях уменьшения доли участия компании-агрессора в уставном капитале компании-цели в процентном отношении.

Данные условия обычно создаются либо путем наложе­ния запретов на проведение дополнительной эмиссий с помощью определений об обеспечении иска, либо с помо­щью достижения соответствующих неформальных догово­ренностей с уполномоченными регистрирующими органа­ми исполнительной власти по рынку ценных бумаг.

В некоторых случаях указанные действия совершаются вместе с шагами по нейтрализации активности крупных акционеров компании-цели.

4. Проведение мероприятий, направленных на нейтрализацию дей­ствий крупных акционеров компании-цели.

Эти мероприятия в самом общем случае именуются блокировкой. В результате применения этого приема в корпоративной борьбе крупный акционер (участник) ком­пании-цели, по крайней мере, на некоторое время, лишает­ся возможности осуществлять права по принадлежащим ему акциям (долям). С помощью блокировки агрессор так­же добивается уменьшения общего количества голосов на общем собрании акционеров (участников) компании-цели, необходимых для принятия важных решений. Второй вспо­могательной целью использования блокировки является видимое снижение стоимости пакета акций (доли) в глазах соответствующего собственника.

Отдельным способом нейтрализации собственников кру­пных пакетов акций является передача реестра другому ре­гистратору на основании определений различных судов о принятии мер в обеспечение иска. В дальнейшем крупный пакет просто похищается у собственника и многократно пе­репродается добросовестным приобретателям, но об этом более подробно будет сказано ниже.

Пример 3

«Захватчики» приобрели 5 процентов акций ОАО «Рога и копыта» у миноритарных акционеров. Противник подключил защиту — крупный банк. Под «прикрытием» проведения переговоров агрессоры скупили еще 10 процентов и наложили арест на недвижимость. Компания-цель блокирует регистрацию «рейдерского» пакета у реестродержателя. На основании определения суда по иску подставного акционера реестр был передан другому реестродержателю. В итоге банк выкупил «рейдерский» пакет по двойной цене. Причем 100-процентная прибыль в таких сделках считается неудачей. Обычно речь идет о 300–1 000-процентных «барышах».

5. Совершение враждебных корпоративных действий в отношении компании-цели.

В основном эти действия сводятся к проведению вне­очередных общих собраний акционеров (участников) ком­пании-цели и формированию параллельных органов уп­равления предприятием. Также довольно часто враждеб­ные корпоративные действия материализуются в виде су­дебного оспаривания действий и решений органов уп­равления компании-цели. В отношении компании-цели инициируется значительное число часто абсурдных ис­ков. Однако, как показывает практика, они сильно дейст­вуют на нервы руководителям и крупнейшим акционерам компании-цели.

Используя несовершенство действующего законода­тельства, агрессоры часто осуществляют враждебные кор­поративные действия в дополнение к другим в качестве средства устрашения или психологического воздействия. Например, если дополнительный выпуск ценных бумаг ак­ционерного общества может быть признан недействитель­ным в течение трех месяцев с даты начала его размещения, то решение совета директоров (наблюдательного совета) общества об утверждении отчета об итогах этого выпуска ценных бумаг может быть оспорено в течение более дли­тельного срока. На практике этим часто пользуются, прав­да, обычно безрезультатно.

6. Проведение политики, направленной на дестабилиза­цию ситуации в компании-цели, а также создание последней раз­личных проблем с поставщиками, потребителями, фис­кальными и правоохранительными органами, органами го­сударственной власти и управления.

Указанные действия сводятся к направлению различ­ных жалоб и заявлений в государственные, правоохрани­тельные и фискальные органы. Довольно часто компа­нии-агрессоры прибегают к такому испытанному приему, как возбуждение уголовного преследования по надуман­ным основаниям в отношении руководителей предпри­ятия-цели, его основных акционеров. Большое внимание уделяется также работе с контрагентами предприятия: основных поставщиков и покупателей щедро снабжают дезинформацией о близком банкротстве компании-цели, что часто приносит плоды. Например, поставщики отка­зываются поставлять комплектующие на условиях от­срочки платежа, требуя предоплату. Такие внезапные ­из­менения сбытовой политики основных поставщиков спо­собны полностью парализовать нормальную работу ком­пании-цели, при этом ее руководство вынуждено вести войну на два фронта: с агрессором и с собственными контрагентами.

Пример 4

Последним «залпом» захватчиков по Московскому заводу счетно-аналитических машин им. Калмыкова стало письмо в налоговую инспекцию, где черным по белому написано, что гендиректор Михаил Шурыгин слагает с себя полномочия. Его поддельная подпись заверена нотариусом из Санкт-Петербурга (фамилия неразборчива).

Пример 5

В течение нескольких месяцев проводилась «черная» пиар-кампания по дискредитации руководства Уральского государственного лесотехнического университета. В вузе массово разбрасывались «подметные» газеты и листовки, направленные против руководства университета, в Интернете появились анонимные сайты с откровенными оскорблениями в адрес ректора и проректора. Отчисленные студенты устраивали тщательно срежиссированные «акции протеста», что могло привести к срыву учебного процесса и нормального функционирования высшего учебного заведения. О том, что данные псевдо-массовые акции тщательно готовились и прорабатывались, говорит тот факт, что, по ряду данных, материалы и сюжеты, размещенные в СМИ о проведенных акциях, буквально на следующий же день поступали в аппарат полномочного представителя Президента РФ и в экстренном порядке доставлялись в Федеральное агентство по образованию.

На данном этапе рейдеры на своих специализированных семинарах советуют провести атаку под названием «гробы». Это изобретение известного рейдера Ильи Дыскина. В кабинет директора вносят гроб и венки, на лентах надписи: «От семьи», «От трудового коллектива». Директор хватает телефонную трубку, а там — траурный марш. Результат — либо длительная госпитализация неугодного директора, либо его отставка.

7. Проведение мощной компании в средствах массовой информации, направленной на дискредитацию руководи­телей предприятия, ее основных акционеров.

Анализ многочисленных проектов по недружественным поглощениям показывает, что компании-агрессоры доволь­но часто используют в своей деятельности СМИ, с помо­щью которых ведется массированная кампания по дискре­дитации руководителей компании-цели и ее основных ак­ционеров. Такие РR-кампании дают определенные резуль­таты, особенно в тех случаях, когда требуется оказать пси­хологическое давление на органы государственной власти и управления, а также на суды, рассматривающие дела, связанные с корпоративными конфликтами.

Пример 6

Так, при захвате крупного предприятия, осуществляющего «северный заказ», в прессе ежедневно стали появляться статьи на тему «Где же наши зарплаты?». С такими же плакатами вышли на улицу организованные ­рейдерами работники предприятия. Причем задолженность по зарплате оказалась минимальна и связана была с кадровыми изменениями в бухгалтерии. Тем не менее пресса и заказные депутатские запросы сделали свое дело — началась ­прокурорская проверка.

Иногда кампании по дискредитации организуются с це­лью последующего возбуждения уголовных дел «по ре­зультатам публикаций». Газета с сомнительной публика­цией совершенно случайно оказывается на столе у проку­рора, который, как известно, обязан реагировать на все со­общения о преступлениях, опубликованные в средствах массовой информации.

8. Осуществление мер, направленных на перехват управления в ком­пании-цели.

Эти меры обеспечивают установление физического кон­троля над компанией-целью. Без перехвата управления го­ворить о поглощении предприятия не имеет смысла.

Пример 7

Прошлым летом офис СПК «Развитие» (один из основных активов — «Главмосстрой») попытались захватить 200 бойцов с бейсбольными битами и металлическими прутьями. Оказалось, что еще в феврале 2005 года без ведома владельцев компании по решению внеочередного собрания акционеров у нее сменились гендиректор, печать и реестродержатель. Новым собственником стал депутат Госдумы Сулейман Керимов (16-е место в списке Forbes, $2,6 млрд.), вскоре продавший «Базэлу» контрольный пакет СПК.

9. Проведение мер, способствующих физическому удержанию ком­пании-цели.

После перехвата управления необходимо удержать ком­панию-цель или хотя бы осуществить быстрый вывод ее ак­тивов. Очевидно, что, захватив компанию-цель, агрессор должен подумать о ее дальнейшей обороне. С целью орга­низации эффективной обороны агрессор должен, по меньшей мере, выявить потенциальных новых агрессоров и при­нять меры для нейтрализации их возможных притязаний, а также проанализировать направления возможных ударов.

10. Совершение шагов, обеспечивающих ликвидацию конфликта по­сле установления физического контроля над компанией-­целью.

Такие шаги призваны минимизировать число недоволь­ных поглощением предприятия и, следовательно, снизить риск возможного захвата предприятия этими лицами. К их числу обычно относятся бывшие руководители компании-­цели, ее крупнейшие акционеры, органы государственной власти и управления, а также лица, осуществлявшие крими­нальное или неформальное силовое покровительство пред­приятию. Как правило, проблемы с перечисленными выше лицами решаются в ходе переговоров, по результатам кото­рых бывшие руководители и крупнейшие акционеры могут получить приличные компенсации, органам государствен­ной власти и управления обычно обещают увеличение чис­ла рабочих мест и регулярные налоговые выплаты, предста­вители же криминальных и силовых структур получают со­лидные «отступные».

Компания захвачена. Что дальше?

Для того, чтобы зафиксировать первоначальное положение компании-цели после ее захвата, используются следующие технологии:

1. Продажа имущественного комплекса компании-цели.

Дружественному акционеру предлагают приобрести имущественный комплекс по минимальной цене. Для большей убедительности прикладывают к комерческому предложению копию договора ку­пли-продажи, который, разумеется, является фальшивкой. Логика предложения понятна: раз компания-цель лиши­лась всех своих активов, то и ее акции уже ничего не стоят, а потому разумно продать их хоть за какие-то деньги.

Возмущенный акционер немедленно подает иск по месту нахождения покупателя имущественного комплекса, требуя признать недействительной соответствующую сделку куп­ли-продажи, и просит наложить арест на все имущество предприятия, ставшего объектом нападок рейдеров.

Эта технология имеет ряд недостатков. Например, в ка­честве продавца по липовой сделке выступает сама компа­ния-цель, что дает ей возможность обжаловать это оп­ределение. Поэтому такие судебные акты должны появ­ляться в поле зрения предприятия по истечении срока их обжалования, что не всегда удобно.

Кроме того, несложно заметить и другой подвох. Под­судность такого иска всегда будет альтернативной, так как одним из ответчиков является сама компания-цель. Указан­ное наводит на странные мысли. Зачем акционеру, напри­мер, из Москвы, понадобилось ехать в Иркутскую область, когда он мог просто все сделать, практически не выходя из дома. Дело в том, что в Иркутской области с судом смогли договориться, а в Москве — нет. Да и адвокатам компании-­цели придется туда съездить. Путь неблизкий, а время идет.

2. «Продажа» имущественного комплекса с использова­нием комиссионера.

Эта технология лишена недостатков своей предшест­венницы. Сама компания-цель в деле обычно не участвует. Спор разворачивается за пару тысяч километров от места нахождения предприятия. В суд обращается кто-нибудь из местных любителей Бахуса с иском к какой-нибудь побли­зости зарегист­рированной компании, при этом поклонник древнего бога утверждает, что нанял эту нехорошую ком­панию для приобретения в его собственность уже упоминавшегося имущественного комплекса компании-цели. Ко­миссионер сделку купли-продажи заключил, а сам комплекс комитенту не передает. Последний, опасаясь, как бы чего не вышло с вожделенным имущественным комплек­сом, просит высокий суд обязать комиссионера передать ему имущест­во, а пока будет идти судебное разбиратель­ство, на имущественный комплекс накладывается арест, сопровождающийся различными запретами, например, на регистрацию перехода права ­собственности на недвижи­мое имущество.

Формально компания-цель в споре не участвует, а по­тому даже жалобу на определение об обеспечении иска подать не имеет права. С подведомственностью вопросов не возникает, так как истец — гражданин; с подсудностью, надо заметить, тоже.

3. «Продажа» контрольного пакета акций компании-цели с ис­пользованием комиссионера.

Ситуация, полностью идентичная описанной выше. Только в качестве имущества, которое незаконно удержи­вает недобросовестный комиссионер, выступает контроль­ный пакет акций компании-цели, на который и накладыва­ется вожделенный арест. А он по ситуации может со­провождаться запретом вносить изменения в реестр акцио­неров. Иногда для полной юридической чистоты арест на­кладывается на акции ­ их непосредственных владельцев.

4. Предварительный «договор» купли-продажи кон­трольного пакета акций компании-цели.

При использовании этой технологии два сомнительных гражданина спорят о понуждении одного из них к заклю­чению основного договора купли-продажи контрольного пакета акций компании-цели. Дескать, между сторонами был заключен предварительный договор, ответчик этот ис­комый пакет уже приобрел, а истцу продавать отказывает­ся. Поскольку ответчик может продать эти акции любому лицу, истец просит суд наложить арест на акции.

Еще одним распространенным способом дестабилизации положения в компании-цели является хищение акций с последующим использованием института добросовестного приобретателя. Наиболее легким объектом подобных преступных посягательств являются бездокументарные ценные бумаги.

Законодательство РФ о ценных бумагах определяет мо­мент перехода права собственности на акцию, выпущен­ную в бездокументарной форме. Указанное право перехо­дит к приобретателю в момент внесения приходной записи по его лицевому счету в реестре акционеров. Таким обра­зом, для того чтобы похитить акции, выпущенные в бездо­кументарной форме, необходимо и достаточно любыми средствами обеспечить списание акций с лицевого счета интересующего акционера и зачислить их на лицевой счет другого акционера. В дальнейшем с помощью целой це­почки последующих сделок похитители используют ин­ститут добросовестного приобретателя, оставляя незадач­ливому акционеру возможность предъявления иска ­реги­стратору о возмещении причиненных убытков.

В подавляющем большинстве случаев способы хищения ценных бумаг сводятся к четырем наиболее часто встре­чающимся:

  1. имитация сделок (или незаконные сделки) с акциями;
  2. манипуляции с реестром акционеров общества;
  3. обращение взыскания на акции по несуществующим обязательствам акционера;
  4. комплексный способ хищения акций.

Какие ошибки допускают руководители

Вряд ли возможно переоценить роль руководителя в деле о корпоративных конфликтах. Наивно полагать, что захватываются только компании со слабым менеджментом. Казалось бы, опытный руководитель должен уделять большое внимание профилактике корпоративных захватов, информации о которых в наше время предостаточно. Источни­ками информации о реальных масштабах явления служат деловая пресса, различные электронные СМИ, каналы прямого обмена сведениями между владельцами и директорами предприятий, объединения предпринимателей. Такую информацию главные участники корпоративных отношений по­лучают и от своих специалистов и постоянных внешних консультантов, а также в процессе участия в различных очных тренинговых форумах (лекции, семинары, деловые игры, фундаментальное повышение ква­лификации путем получения нового образования и т.п.). Но, тем не менее, многие владельцы бизнеса и их топ-менеджеры не представляют себе существа и остроты пробле­мы. Следовательно, в роковой час начала корпоративной атаки на их собст­венность и иные материальные интересы, как правило, оказываются не способными дать серьезный отпор агрессору.

Пример 8


Схема недружественного поглощения ОАО ГИВЦ была проведена до гениального просто. Лакомым куском в этом явилась недвижимость — 3,5 тыс. кв.м. в самом центре Москвы. Рейдеры получили доступ к документообороту предприятия, одарив секретаршу генерального директора французскими духами и коробкой конфет. После чего слегка пошантажировали руководителя — заслуженного деятеля науки. Далекий от реальной жизни «ботаник», испугавшись оглашения информации о присвоении 25,5 процентов акций, переданных доверчивыми акционерами своему научному руководителю, назначив секретаршу и.о. гендиректора, уехал в отпуск. Она не глядя подписала документы на продажу здания за векселя фирмы «Одуванчик», получив в подарок путевку в сочинский санаторий. Вот и все поглощение.

Причин такого парадок­сального положения дел довольно много. Причем имеют они различ­ную природу: в их совокупности находят место и обстоятельства пси­хологического свойства, и глубинные ­микроэкономические тенденции. Выделим главные.

1. Психологический эффект недооценки. Как и бытовой пожар, наводнение или землетрясение, разрушительный корпоративный конфликт отно­сится к оценочно-вероятным событиям. Кому-то суждено их мино­вать, кому-то нет. Одновременно владельцы бизнеса, будучи профессионалами, понимают, что построение системы корпоративной обороны — достаточно капиталоемкое мероприятие. И нередко ре­зоны экономии финансовых ресурсов перевешивают резоны стра­ховки. Поэтому чаще всего о корпоративной защите всерьез начи­нают думать тогда, когда подготовленный бизнес-пиратом проект уже начинает осуществляться, и поскольку его главным фактором выступает неподготовленность предприятия-цели, радикальные ме­ры защиты бизнеса на этой стадии оказываются тщетными.

2. Преувеличение фактора «личных связей». Считается, и не без оснований, что отечественное предпринимательство в принципе не­возможно без прямой поддержки или общего покровительства различных государственных структур либо их руководителей. Крупные инвесторы и руководители предприятий не расстаются с уверенностью, что в случае применения потенциальным корпора­тивным противником даже наиболее дерзких схем вроде судебного перехвата ­управления или отъема собственности власти их под­держат.

3. Фактор колоссальной занятости владельцев и директоров российских предприятий. Следует исходить из того, что корпора­тивное (управленческое и правовое) обустройство бизнеса не входит в систему главных их приоритетов. Это тем более справедливо и для конструирования системы обороны бизнеса от недружественно­го поглощения и корпоративного шантажа. Указанные проблемы не могут конкурировать, к примеру, с борьбой за клиента в усло­виях все более обостряющейся конкуренции или с финансовым и на­логовым планированием.

4. Высокая концентрация собственности. Большая часть отече­ственного бизнеса представлена ФПГ, холдингами и иными фор­матами крупных интегрированных корпораций. Корпоративные центры последних настолько порой уверены в общем превосходст­ве в мощи (финансовой, лоббистской и т.п.) над потенциальными агрессорами, что не рассматривают защиту бизнеса как актуальную тему.

Пример 9

«ФГУП НИИ шинной промышленности» (НИИШП) являлся ведущим научно-исследовательским и опытно-производственным предприятием шинной отрасли бывшего СССР, а потом — и России. Вообще, это единст­венное шинное НИИ во всей Восточной Европе. НИИШП был головным предприятием по разработке и совершенствованию полимерных материалов, в первую очередь — специальных резиновых смесей, используемых в военной технике (резиновых бандажах опорных катков танков, пулестойких шинах для колесных бронетранспортеров, резино-металлических шарнирах танковых гусениц и многих других изделиях военного назначения). Сегодня НИИШП перестал существовать как научный и опытно-производственный центр шинной промышленности. После вывода из него активов группой рейдеров Олевинского-Шпурова ведущие специалисты были уволены, лабораторная, испытательная и опытно-производственная база приходит в негодность. 

5. Общий непрофессионализм собственника. Некоторая часть предпринимателей начинает понимать, что построение эффектив­ной системы обороны бизнеса — удел специалистов. Однако для того, чтобы понять, качественный ли экспертный продукт продают многочисленные специализирующиеся на данной проблематике фирмы, необходимо хотя бы в общем владеть ситуацией. Между тем кор­поративно-управленческая и правовая компетент­ность многих руководителей наших крупных компаний оставляет желать лучшего. Поэтому феномен неподготовленности к корпоративной обороне часто просто выражается в создании псевдонадежных схем, в от­ношении которых у пользователей существует иллюзорная уверен­ность в их работоспособности. Другая, более много­численная группа предпринимателей (в особенности это касается владельцев ФПГ и холдингов), обзаведясь большим шта­том собственных сотрудников, представляющих специальности «на все случаи жизни», по­ручает им и проекты защиты собственного бизнеса. Таким «специалистам», как правило, банально не хватает знаний и опыта для решения столь сложных задач.

6. Отсутствие должной общей корпоративной культуры. Главным ее проявлением, как особо будет показано в дальнейшем, является пренебрежительное отношение контрольных участников компаний к миноритарным акционерам. Между тем последние яв­ляются лицами, кровно заинтересованными в стабилизации корпо­ративных отношений и, как правило, готовы если не финансовы­ми, то уж во всяком случае интеллектуальными и организацион­ными ресурсами участвовать в создании гармоничных управ­ленческих конструкций, фрагментами которых и выступают адап­тированные к данному предприятию системы профилактики кор­поративных конфликтов.

Пример 10


С момента создания компании «Уралинвестэнерго», выросшей из чекового инвестиционного фонда, в ней было более 50 тысяч акционеров. В дальнейшем, в ходе свободной покупки, контрольный пакет сконцентрировался у ряда лиц, в том числе у руководителей «Свердловэнерго», менеджеров предприятий энергетического комплекса. Среди акционеров значился и небезызвестный Андрей Ахтямов, которому принадлежало и принадлежит сегодня 4,8 процентов акций ОАО «Промышленная группа «Уралинвестэнерго» и который был ­председателем совета директоров.

В марте 2004 года среди крупных акционеров происходит конфликт, а проще говоря, председателю совета директоров выражают недоверие и снимают со всех должностей в предприятиях холдинга, что само по себе не является чем-то необычным. В конечном итоге Ахтямов договаривается о сотрудничестве с «Уральской горно-металлургической компанией», которая давно проявляла интерес к машиностроительному комплексу. Он тут же организует некий «Фонд обманутых акционеров «Уралинвестэнерго», который к акционерам никакого отношения не имеет. Это показали многочисленные собрания акционеров общества, на которых более 95 процентов голосуют за одобрение действий менеджеров.

Представителей обманутых акционеров на самом деле лишь двое — это Ахтямов и его мать. (Кстати, арбитражный суд установил, что Ахтямов свои акции приобрел незаконно, и обязал его вернуть их законному владельцу). Все это не смущает Ахтямова. Он активно создает профсоюз работников «Уралхиммаша», в котором нет ни одного работника предприятия. От несуществующего профсоюза во все инстанции уходят клеветнические и оскорбительные письма.

Одновременно начинается произвол со стороны правоохранительных органов. Руководством прокуратуры дана команда возбудить уголовные дела в отношении руководителей строительных предприятий холдинга. Районный прокурор Горбунов пытается убедить руководство областной и окружной прокуратуры, что оснований нет, но в ответ получает жесткое указание возбудить дело и арестовать руководителей. Последних задерживают, предъявляют обвинение в злостной невыплате зарплаты, приведшей к массовому увольнению. Суд отказал в аресте, уголовное дело тут же было прекращено. Но, пока суд да дело, сотрудники УГМК начали попытки уговорить акционеров «Уралинвестэнерго» отдать им бизнес — в противном случае репрессии продолжатся. 

 Выступающие от имени «Фонда обманутых акционеров» пиарщики (из самих акционеров по телевизору несколько раз показывали только экзальтированную бабулю) активно осваивают «бюджет» кампании по очернению «Уралинвест­энерго». Просто перечислим пакости: распространение листовок в городах проживания партнеров преступной группы (Алапаевск, Южноуральск, Екатеринбург) с похабными изображениями и оскорбительными надписями, листовок против родственников акционеров в школах и больницах, учреждениях, где они работают, надписей на заборах и зданиях вблизи проживания и работы акционеров или их близких родственников, нецензурные оскорбительные надписи. Кроме того, они организуют нападения на акционеров в публичных местах, где их забрасывают пакетами с майонезом. Забрасывают яйцами и краской окна акционеров. И даже выпускают фальшивую заводскую газету «Уралхиммаша».

7. «Красный менеджмент» — одна их особенностей российского бизнеса. «Красный директор» — это воспитанник советской менеджерской школы. Он медлителен, не любит дорогих адвокатов, полагается на заводского юриста и преданность трудового коллектива, скорее проигнорирует судебное заседание где-нибудь в Дагестане или Чечне, которое рассматривает иск к предприятию. К сожалению, именно предприятия с этим видом ­управления первыми становятся добычей рейдеров.

О том, как обезопасить свой бизнес от возможного нападения рейдеров и как себя вести во время захвата власти, читайте в материалах наших авторов В.В. Миловидова и Ю.В. Коневой «Как защитить свой бизнес от рейдеров» и С.В. Россола «Защита от рейдеров: учитываем нюансы в уставе АО», которые опубликованы в № 10, 2006 журнала «Юридический справочник руководителя». Из статей вы узнаете эффективные профилактически и оборонительные тактики.

на
Электронная подписка за 8400 руб. Печатная версия за YYY руб.

  1 голос

Нет комментариев
Свернуть форму комментария Комментировать

  • Добавить
Закрыть
Закрыть

  • Отправить
Закрыть

Подписка


на журналы


Все поля обязательны.
Закрыть

Задать вопрос для интервью
  • Отправить
9 Мая – Всероссийский праздник День победы.